РОЖДЕНИЕ РЕБЕНКА: ОБРЯДЫ И ОБЫЧАИ КАРАТИНЦЕВ

Литография "Дагестанская девушка"Рождение ребенка у каратинцев, как и других народов, воспринимается как радостное событие в жизни семьи. Рождение же мальчика, особенно первенца, было и есть настоящим праздником, в котором принимают участие не только близкие родственники, но и весь тухум, друзья и соседи. Однако в ряде семей приветствовалось и рождение девочек.

Старожилы села рассказывают о том, что еще до рождения ребенка женщина должна была со­блюдать ряд запретов, чтобы роды прошли благополучно и ребенок родился здоровым. Раньше женщины старались скрыть свою беременность от окружающих, сроки родов, боясь, что злые силы и недоброжелатели смогут навредить ей и ребенку. Женщинам запрещалось после наступле­ния темноты выходить во двор, так как верили, что злые силы активизируют свою деятельность после захода солнца, ходить на соболезнования, смотреть, как режут скот. Все желания беременной должны были исполняться, в противном случае полагали, что на теле ребенка могут остаться родимые пятна. Из их же уст впервые мы услышали о том, что существовало поверье, по которому нечистая сила может унести ребенка из утробы матери, если она в последние дни беременности уснет с открытым ртом. Предполагалось, что плод из утробы матери уносят «через рот». По поверьям, из утробы матери уносили младенцев у пожилых женщин, которых любил Бог. Считалось, что это большое счастье для женщины. И таких случаев в Карата было несколь­ко. А во время встречи со старожилом села Расуловой С. (94 г) мы узнали, что определенные пред­меты (хлеб, сахар) помогали бороться с нечистой силой. Поэтому, когда беременная женщина выхо­дила ночью на улицу, она должна была иметь при себе кусок хлеба и сахара. Этот обычай сохранился и по сей день. И когда ребенок выходит ночью во двор, при нем всегда должен быть кусок сахара или хлеба. Я думаю, что белый цвет является символом радости и чистоты.

Каратинцы верили и сейчас верят, если беременная женщина употребит в пищу буйволиное молоко или конину, она будет носить ребенка 12 месяцев.

Рождение ребенка сопровождалось различными обрядами, обычаями. Все каратинцы во время родов закрывали дымоход. По словам информаторов, это делалось, чтобы посторонние не слышали крика роженицы, я же полагаю — чтобы в комнату, где проходили роды, не проникли злые духи. Подобные обычаи были у табасаранцев, лезгин и в некоторых селах Ахвахского района. Сразу же после рождения ребенка купали в утрен­ней воде, а после захода солнца запрещалось брать воду для его купания. Этого обычая придерживаются и по сей день. Вынимая ребенка из воды после каждого купания, его поднимали вверх и на голову наливали воду, приговаривая:

«Лага лъалухъ, лъей к1адухъ»

(рост вверх, а вода вниз), чтобы ребенок быстрее вырос. Или:

«Вац1адов, ц1алов, ц1одоров. Г1алим гьек1ва волъидов»

(чтоб ты вырос честным, умным и чистым, чтоб ты стал начитанным, образованным).

При первом купании старались мыть ребенка тщательно, говорили, что та часть тела, которой не коснулась вода, может сгнить. Воду, в которой ис­купали ребенка, выливали в чистое место, где не ступала нога человека. Запрещалось выливать воду ночью, чтобы не задеть джинов. Этих обычаев кара­тинцы придерживаются и по сей день, и они переходят из поколения в поколение.

Сразу же после рождения ребенку давали имя, чтобы джины не дали ему свое имя. Обычно давали имена умерших родственников. «Доброе имя — лучше сокровищ», «Человек украшает свое имя» — гласят дагестанские поговорки. Имена выражают принадлежность человека к роду, племени, к селу, нации. Имя новорожденному выбирал отец, посоветовавшись со старейшиной рода, выбирали имя благородного и достойного человека. Родители желали и надеялись, что их ребенок станет таким же достойным человеком, как и тот, чье имя присвоено малышу. Если при рождении ребенка кто-то посторонний оказывался в доме, уважаемый кунак или гость, принято было называть ребенка его именем. В ответ кунак дарил ребенку свой кинжал.

Так, в 1973 г. первый раз в Карата приезжал сенатор Турции Аманула со своей женой Саният. И как раз в эти дни в семье моего дяди Шарапудина Магомеда родилась дочь, которую назвали Саният в честь жены турецкого гостя. В день наречения готовили лучшие блюда, собирались родные и близкие. Имя давал мулла и не обязательно родственник. Процедура наречения была несложной. Дающий имя читал молитву и три раза в ухо ребенка кричал его имя. По возможности в день наречения устраивали мавлид, об этом подробно поведал нам старожил Магомед Хизриев (87 лет).

Рождение сына приносило родителям несоизмеримо больше радости, чем рождение дочери, потому что «сын по понятиям горцев в жизни необходимее дочери, которая не является постоянной обитательницей дома…». Отношение горцев к этому вопросу выражено в аварской пословице:

«Бедняку сына бы, да не гордеца, а дочь — так красавицу».

В настоящее время каратинцы также торжественно, приветствуют и рождение дочери. Вестнику, известившему отца о рождении ребенка, преподносится подарок. Из уст старожила села Загидова С. (80 лет) я впервые услышала о том, что отцу семейства, если Джигит
у него 5 или более сыновей, выделяли раньше, как бы в награду, участок земли. А земля считалась кормилицей семьи и очень ценилась. Загидов С. при
встрече рассказал еще о том, что при рождении сына стреляли в потолок. В его доме на потолке сохранились следы от выстрелов. Вот что пишет по
этому поводу народный поэт Дагестана Р. Гамзатов: «Если у горца родился первенец, весть о его рождении на свет извещают ружейные залпы. В потолках сотен саклей, где довелось мне гостить, много следов от пуль. То стреляли в потолок друзья хозяина, когда у него рождались сыновья. Услыхав выстрелы, приходили люди. Первый поздравивший отца получал богатый подарок.

В сакле новорожденного резали барана, созывали гостей, устраивали пир на весь мир. Еще бы: у горца радость, есть кому продолжить его дело на земле!»

По поводу своего рождения Р. Гамзатов сообщает:

«Когда народился я и когда мне давали имя, друг моего отца выстрелил дважды и в потолок и в пол».

Н. Семенов дает такое объяснение приведенному факту: «Кавказские горцы радостно приветствуют рождение мальчика… Дело, очевидно, в том, что мальчик будущий защитник тайны тухума, будущая сила и честь и слава союза, словом, живое воплощение дорогого народу идеала».

По обычаю каратинцев, роженицу навещали родственницы, соседи, приносили еду, подарки и говорили свои пожелания:

«Пусть у счастливых родителей родятся счаст­ливые дети»

«Пусть совместно будет воспитан ребенок»

«Пусть мальчики будут похожи на отца, а девочки-на маму»

«Пусть дети вырастут совестливыми, долго­живущими, чтобы они всегда чтили родителей и старших»

«Чтоб дом не остался без наследника, а мать без дочери»

«Пусть мальчик родится, пусть девочка родится, лишь бы они были благословенными»

«Пусть он вырастет богобоязненным».

Рождение ребенка со­провождалось обрядом дарения люльки — кени. На седьмой день ребенка укла­дывали в люльку, которую заранее приносила мать роженицы.

Вот о чем нам поведа­ла Асильдерова Хадижат (78 лет), которая воспитала 10 детей: «Когда я родила первенца, то по обычаю ребенка уложила в люльку уважаемая в роду многодетная мать со стороны отца ребенка. Она привя­зала амулет от сглаза на люльке, под голову положи­ла маленький Коран, а под люльку — ножницы, спички, под люльку поставила тазик с водой, так как эти предметы помогают бо­роться с нечистой силой».

При укладывании в люльку желали долгих лет жизни ребенку, баракат в доме, здоровья родите­лям и т.д.

Укладывание ребенка в люльку всегда сопрово­ждалось исполнением колыбельных песен. Вот ко­лыбельные песни, которые часто пела моя бабушка и больше всего мне нравились:

Чтоб ты вырос честным, чистым,

Чтоб сопутствовал успех,

Чтоб удача и здоровье

Были спутниками везде.

Мы найдем тебе невесту

Из большого рода.

Мастерицу на все руки

С длинными косами.

Мне очень нравится даргинская колыбельная песня, рассказанная мне моей подругой Написат:

Спи, мамин, спи

Спи, дорогой мой,

Ты насытишься сном сладким

Да станешь храбрецом,

Чтобы большие ученые села

Перед тобой снимали папахи.

Чтобы храбрецы села

Тебя уважали.

Надо отметить, что почти во всем Дагестане существовали и существуют колыбельные обря­довые песни. Р. Гамзатов в своей книге «Мой Даге­стан» так писал о колыбельной песне: «Люди бывают плохие и хорошие, даже песни бывают лучше и хуже. Но всегда прекрасна мать и песня матери. Тех песен, которые пелись над моей колыбелью, я, конечно, не помню. Но потом я подслушал в аулах много хороших песен, и колыбельных тоже».

После завершения обряда укладывания в люльку хозяева дома угощали всех ритуальной пищей.

В заключение следует отметить, что в целом в Ахвахском районе в обрядах и обычаях, связан­ных с рождением ребенка, много общего с обряда­ми других народов Дагестана и в тоже время суще­ствуют некоторые различия.

Каратинский народ крепко держится за свои лучшие традиции и обычаи. В ходе исторического развития одни обряды, обычаи, традиции, не соот­ветствующие новым условиям жизни, исчезли, а другие получили свое дальнейшее развитие и совершенствование. Особая ценность обычаев в том, что в них заключен обобщенный, испытанный временем многовековой опыт.

Х.М. Магомедова, инструктор по организационно-массовой работе Ахвахского района (с.Карата), межпоселковая центральная библиотека.

«Народы Дагестана» 2012

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.